Рубрика: Deep web browser tor hydra2web

Ошо о конопле

Дышим коноплей. We're inhaling hemp. Мы дышим всей этой радиацией все это время. We're breathing in all this radiation all the time. Раджниш Бхагаван Шри Ошо - Будда однажды сказал. название психотропного препарата, получаемого из мужских и опыленных женских растений конопли. Ошо, это так больно - чувствовать себя чужим в этом мире, словно меня здесь нет. Он подумал, что, наверное, еще не все узнал о конопле, но решил.

Ошо о конопле

Признавая в духе теистического эволюционизма некие нюансы эволюционной теории, О. Обширно известны также работы О. Edinburgh, ; The Virgin Birth of Christ. Edinburgh, ;. Edinburgh, ; The Progress of. Grand Rapids, ; Christian View of God and. Grand Rapids, Несмиянова, A.

Тем самым в критериях 20 в. При этом напряженность в осмыслении вида Диониса в О. В целом, тео- и космогония О. Средством к достижению данной нам цели являются очищающие ритуалы включая вегетарианство , мистерии, искусство с чем соединено внимание к виду Орфея и через него к Аполлону и позже философия. Жизнь души в теле рассматривается в О. Но влияние О. Иудеохристиане , так как субъектом О. В противоположность этому, напр. Но в христианстве в отличие от иудаизма и ислама как «религий Писания» высшим О.

Соответственно, все О. Бога в Ветхом Завете с т. Иным нюансом О. Барт , двойственной истины теория аверроизм, И. Дуне Скот, П. В то же время развитие идеи личного и продолжающегося О. Реакцией на это в 20 в. В иудаизме О. Практика О. В развитой форме практика херема была разработана в. Опосля 18 в. Но, как правило, ; за исключением западноевропейского Средневековья О.

При этом различалось О. Особенным видом О. Интердикты обширно применялись папством в борьбе за независимость церкви против сопротивляющихся общин и городов, но они известны и в православии. В католицизме интердикт вышел из потребления опосля Тридентско-го собора, анафема — в кон. В Российской правосчавной церкви 18 — нач.

Толстого, вызвавшее широкий публичный резонанс. Особенное значение О. Согласно Ж. Кальвину, О. Оно имеет три цели: недопущение оскорбления Бога теми, кто христианами называются злонамеренными грешниками, огораживание верующих от развращения через общение с отлучаемым и понуждение грешника к покаянию. В ряде кальвинистских церквей практика О. Таков прогноз О. Под влиянием позитивизма этот прогноз воспользовался широким признанием еще в перв.

Мах, Б. Рассел , но влияние его пошло на убыль, когда стало разумеется, что развитие науки не привело к вытеснению религии. В обществах различного уровня развития в массовом сознании процветают магия и оккультизм. В психоанализе идущая от 3. Фрейд, Э. Вкупе с «превратным миром», построенным на соц неравенстве и господстве меньшинства, ликвидируется его идеологическая «надстройка» — формы «превратного сознания», включая религиозную.

Ежели атеизм значит «утверждение человека», то к его утверждению ведет, согласно К. Марксу, не «отрицание Бога», как это представлялось Л. С данной для нас т. Марксизм о религии. Ответы на этот вопросец даются различные, вплоть до прямо противопо-л о ж н ы х , о д н а к о до сих о н и остаются недостаточно о б о -снованными и убедительными. Этот Бог, как утверждал в х гг. На данной базе делаются два вывода.

На смену религии приходят остальные «медиакоммуникации» Н. То, что привыкли осознавать под религией, отмирает. С иной стороны, религиозное сознание, отражая и выражая действительные дела, по их виду и подобию конституирует схемы О. Следует различать внекультовые и культовые О. Культовые дела формируются в процессе культовой деятельности.

Эти дела, развертывающиеся в сфере сознания, обнаруживаются и во взаимосвязях людей. Во время отправления культа складываются дела евхаристического единения, исповедаль-ности, проповеднические, обрядовые и др. Носителями О. Публичные последствия этого действия зависят от нрава О. Огромное влияние на расширение религиозного мировоззрения О. В вышла 1-ая книжка О. С по доктор периодической теологии в Геттингене. В издал книжку «Философия религии, основанная на Канте и Фризе», в которой особенное место уделено осмыслению рационализма.

Разрабатывая свою философию религии, О. Канта и Я. Фриза, но также к учениям Ф. Якоби, Ф. Шлейер-махера и неких остальных мыслителей. В сделал путешествие по Сев. С доктор теологии в ун-те Бреслау, а с по доктор периодической теологии в Марбургском ун-те. В О. В выходит важное сочинение О. Зёдерблома, В. Шмидта, В. Вундта, У. Джемса, Р. Вильгельма и почти всех остальных исследованиях. Сделать это прямо на данный момент для тебя будет трудно, ведь ты думаешь, что уже обладаешь осознанием.

Представь, как будто в руке у тебя горсть камешков и ты думаешь, что это бриллианты. Для тебя будет нелегко их выбросить. И дело тут не в камнях, а в твоей вере в то, что в руке у тебя бриллианты. Разве трудно для тебя будет от их избавиться, когда ты осознаешь, что это самые простые камешки, привидевшиеся для тебя бриллиантами? Как лишь ты признаешь, что это просто камешки, для тебя не придется их выбрасывать, они сами выпадут из твоей руки.

Пусть свалятся камешки слов, тогда родится смысл. В религии смысл не возникает из слов, он рождается там, где слова отсутствуют. Убери слова, и потечет река безмолвия. Через Пуну протекает река, вся заросшая аква растениями; их так много, что воды за ними совершенно не видно. Твой разум похож на эту реку. Убери кувшинки и водные растения - и очистится гладь реки.

Убери слова - и потечет река смысла, сокрытая под ними. Слово и его смысл - это далековато не одно и то же. Когда я говорю «дерево», ты сходу понимаешь значение этого слова. То же самое происходит, когда я произношу слова «река», «дом», «океан»: ты слышишь слово и улавливаешь его смысл. Но когда я говорю «Бог», «душа» либо «просветление», ты просто слышишь слово, но не понимаешь его смысла. Стоит мне произнести «дерево», и ты уже сообразил, так как дерево - это часть и твоего опыта.

Слово дает определение, а твой личный опыт помогает для тебя его осознать. Я говорю «океан», и ты понимаешь меня, так как опираешься на собственный опыт. Но представь для себя человека, живущего среди пустыни: океанов он никогда не лицезрел, даже на картинах. И здесь мы произносим слово «океан». Человек не имеет ни мельчайшего представления, о чем это мы толкуем. Он слышит слово и даже пробует осознать его смысл разумом. Мы можем поведать ему, что, подобно безграничным песочным просторам, бывают такие же места, лишь заполненные водой.

Таку него покажется мысленный образ, сформируется общее представление, но все же никакие умственные построения человека пустыни не сравнятся с переживанием океана тем человеком, который лицезрел его, стоял на его берегу, погружался в его воды, плескался в их, плыл по его волнам. Я говорю «Бог» - какой смысл заключен для тебя в этом слове? Ты никогда не стоял на Его берегу, никогда не плавал по Его волнам; точно так же ты не был одной из Его волн, не растворялся в их мелодии.

Ты был каплей, ею и остался. Капля опасается, что исчезнет, ежели попадет в океан. Этот ужас оправдан, и все же напрасен. Капля естественно же исчезнет, но ничего при этом не растеряет, ведь, исчезнув, она перевоплотится в океан.

Маленькое будет утрачено, а великое обретется. Ты ничего не потеряешь, а получишь все. Но капле неведомо, что она обретает, она знает только то, что утратит. Отсюда и ужас. Избавься от слов! В мире религии слова ничего не стоят. Осознав это, ты сделаешь 1-ый шаг к тому, чтоб от их отрешиться. Изречения мудрецов не объяснишь на школьном уроке.

То, о чем говорили мистики, не перескажешь на институтской лекции. Учения мистиков собраны в пухлые тома, и все же их нельзя передать доподлинно. В книжки попало наружное, оболочка учений, но не их сущность и глубинный смысл. Был воссоздан только общий контур, а душа, то, что глубоко снутри, осталось в неприкосновенности. Выражение Нет другого прибежища, не считая Сущего, - нет другого пути, не считая пути в глубь себя, - единственное в собственном роде.

В нем одном уместились все Веды, все Упа-нишады и вся Гита; ежели осознать одно это выражение, то уже не будет никакой необходимости разбираться в Коране либо Библии. Это маленькое изречение подобно атомной энергии: в крохотном атоме заключена большая мощь! Святые, из уст которых звучали подобные выражения, были не очень образованными людьми.

Умопомрачительно, что люди, получившие не плохое образование, традиционно не способны достичь святости. Бывают исключения, но, как правило, человек ученый не становится святым, ведь у людей высокообразованных так искусно выходит отыскивать замены и так ловко они обманывают самих себя, что в собственных поступках им никогда не удается изловить себя с поличным.

Их не нагружает тяжкая ноша, и почему сбрасывать особо нечего, снутри у их нет больших стенок, которые необходимо разрушить: один слабенький толчок - и все разваливается. Это выражение заключает в для себя суть жизненного опыта таковых вот не очень образованных людей. Это выражение недвусмысленно, слова его просты: Нет другого убежища, не считая Сущего; нет другого укрытия, не считая бытия. Что привело этих людей к такому пониманию?

Мы ищем убежище в богатстве. Все вокруг молвят на языке средств, человека измеряют его средствами. Твоя душа весит столько, сколько средств в твоем кошельке. Ежели кармашки твои пусты, у тебя нет души. Но достояние в хоть какой валюте - это наружное. А ты - снутри. Чем бы ты ни обладал, для тебя никак не забрать это вовнутрь себя. Не существует методов затащить все твои сейфы внутрь; им придется остаться снаружи.

И великим империям придется остаться там же, их никак не заберешь к для себя вовнутрь. А ты постоянно снутри себя, и не существует методов вытянуть тебя наружу. Вот почему достояние и душа никогда не встречаются. Душа значит глубину, достояние - это наружное, постоянно внешнее; и две эти полосы никогда не пересекаются. Они просто нигде и никогда не встречаются; не существует методов, как бы они могли встретиться.

Они пролегают в различных измерениях, это два различных мира. Но мы измеряем человека его достижениями - образованием, положением в обществе, должностью, властью. Ты есть наше мерило, наш принцип - то, чем ты владеешь. И принцип этот совсем ошибочный. Ежели нас спросят о нашем внутреннем опыте, то сущность нашего ответа сведется к следующему: «Нет другого прибежища, не считая денег».

И все из-за этого принципа. Мы даже мистиков измеряем валютными единицами. Ежели бы Махавира родился в бедной семье, джайны не признали бы его тирт-ханкарой, духовным учителем. Я утверждаю это с полной уверенностью, ведь все 20 четыре тиртханкары джайнов - королевские сыновья. Напомню, что за несколько тыщ лет ни один выходец из бедной семьи тиртханка-рой не стал.

Выходит, что тиртханкарой может стать лишь отпрыск царя? Тогда нас ожидает безрадостное будущее, ведь царей на данный момент нет, так что состояния тиртханкары никто уже не достигнет. Сейчас это чрезвычайно трудно. Гаутама Будда - тиртханкара, джина, он достиг буддо-вости, но, не будь он отпрыском царя, публичное мировоззрение его бы не приняло.

Родись Рама и Кришна в бедных семьях - и, уверяю, аватарами их никто бы не признал. Наш разум даже мистиков измеряет аршином материальных благ. Так что, ежели ты заглянешь в священные тексты джайнов либо буддистов Джайны, к примеру, подсчитывают размеры империи Махавиры. На самом деле, она была не таковой уж и большой, да и не могла быть иной, ведь в те времена княжества были величиной с маленькое поместье.

В Индии тогда насчитывалось около 2-ух тыщ княжеств, вот и задумайся, каких размеров они могли быть? Никак не больше, чем современный сельский округ средней руки. Так что отец Махавиры был всего только заурядным помещиком, а совершенно не великим царем. Ежели бы Ма-хавире не случилось родиться в таковой семье, о нем бы никто больше и не вспомнил. Но джайны приписывают ему большие богатства.

Как же, с таковой великой империей, где паслись бесчисленные табуны лошадок, сотки слонов и так дальше. Кстати, о лошадях и слонах. Их в текстах упоминается столько, что им в таком крохотном княжестве, обязано быть, даже стоять было негде, не то что пастись.

А самоцветы, алмазы и тому схожая чушь! Всего этого просто не счесть! Но во всем этом кроется своя правда, и состоит она в том, что сознание джайна не хочет примириться с мыслью, как будто тиртханкара может происходить из семьи бедняков. Эта правда стоит того, чтоб о ней знать. Как же он мог родиться в обыкновенной семье? А когда Махавира говорит, слушатели торопятся занять свои места.

Их толпы заполоняют все окрестности, на сотки км вокруг, ведь ежели слушателей окажется человек 10-20, величие тиртханкары несколько померкнет. Но нет, аудитория насчитывает миллионы и млрд слушателей. Это же нереально. Сейчас это реально, так как у нас есть современные технологии; сейчас сразу тебя могут слушать сотки тыщ людей.

Но во времена Махавиры это было нереально. Махавира, без сомнения, обращался к маленьким группам слушателей. Но сознание джайна не может примириться с сиим, ведь ценность измеряется количеством! Сколько людей?

Нам нет никакого дела до истины и ереси. Фанатика и противника идеи никогда не заботит истина. Фанатизм фальшив, в его словах много преувеличений. Противник тоже лжет и преумножает. В любви и ненависти мы забываем обо всем на свете. Река несет свои воды беспрепятственно, сметая все плотины истины и ереси. То же самое мы делаем с Буддой, Рамой и Кришной. Наши представления не имеют ни мельчайшего дела к тому, чем они обладали либо не обладали в настоящей жизни.

Так только проявляется наш критерий: ежели бы эти люди были бедняками, мы бы их не приняли. Величие души мы обозначаем, раздувая размеры материального благосостояния. Значимость отречения Махавиры мы определяем размерами оставленной им империи. Ежели бы он был гол как сокол, мы не смогли бы именовать его отрекшимся.

Как можно отречься, ежели у тебя ничего нет? Мы и представить для себя не можем, что даже нищий может отречься. Не принципиально, от чего же пришлось отречься человеку, сущность - в самом отречении, его истинности. Представим, у 1-го человека, назовем его Джон, есть всего один цент, а иной, скажем Джим, - обладатель состояния в 10 миллионов баксов.

Джон отрешается от собственного цента, а Джим - от 5 миллионов баксов. Ты считаешь, что Джим сделал большее отречение, ведь для тебя значимы эти категории - один цент и 5 миллионов баксов. Но нет, люди познания произнесут, что конкретно Джон отрекся по-настоящему, так как он дал все, что у него было.

А вот Джим вообщем ни от чего же не отрекался, так как он дал только половину собственного состояния. Но мы все еще никак не можем обойтись без того самого 1-го цента. Он нужен нам, чтоб подсчитать степень отречения. Ежели человек, у которого за душой ни гроша, произнесет нам, что он отрекся, мы поднимем его на хохот.

Мы скажем ему: «У тебя же ничего нет, от чего же ты отрекался? Но как измерить это состояние? Средства - вот наша единственная, обычная мера, так что отречение мы тоже измеряем их количеством. Интересно, что и степень отречения, и терпимость мы отмеряем в валютном эквиваленте. Средства - вот наше мерило. Средства - наше единственное прибежище. И пока средства будут нашим прибежищем, бытие случиться не может. В каком состоянии разума возникает осознание, что «Наше единственное прибежище - сущее»?

Оно возникает, когда исчезает мираж средств, когда человеку раскрывается, что средства - тлен и ничего не стоят, - сколько бы ты их ни скопил, для тебя это ничего не даст. Достояние противоречит бытию. Это борьба, столкновение. Достояние - это метод избежать сдачи.

Достояние означает: «Я и сам обладаю силой и властью, к чему мне сдаваться7. Для чего находить прибежища у кого-либо еще? Пусть люди отыскивают прибежища у меня». Достояние - маркетинговый плакат, призывающий людей навестить твое убежище. Вот почему Иисус настаивает: «Только бедные могут придти ко мне». Иисус говорит: «Верблюд может пройти через игольное ушко, но богач не попадет в Королевство Божие».

Это не означает, что богатым людям никогда туда не попасть. Вопросец тут не в размерах состояния, а в том, что для тебя имеет самую большую ценность. Может, у тебя нет ни гроша за душой, ты - нищий, но ежели самое основное для тебя - средства, ежели они - цель твоей жизни, предел желаний, ежели все ты меряешь средствами, то будь ты каким угодно бедным, но в Королевство Божие для тебя не попасть.

Да поэтому, что тот, кто верит в достояние, верит в эго. Отыскать прибежище в богатстве - означает отыскать прибежище в эго. Прибежище в бытии, в Божественном, значит, что эго больше не служит твоим прибежищем; воле человека приходит конец. Человек, в котором много того, что мы называем силой воли, сочтет это утверждение нелепым и бессмысленным, ведь он думает: «Я и есть моя собственная сила.

Моя сила исходит от меня; мой фуррор заключен во мне. Достояние, положение в обществе, престиж - все исходит от меня. Я - источник силы; я создам достояние, расширю империю, наращу свою силу. Я даже погибель преодолею и в один красивый день добьюсь конечной победы». Мирской, приземленный человек - это человек, опирающийся на свое эго.

Это трудно осознать, ведь уверенность в для себя - чрезвычайно ценное для нас качество, мы учим этому деток, мы говорим: «Нужно прочно стоять на ногах. Нужна уверенность в для себя. Сражайся, сопротивляйся, не бойся. Не сомневайся, что победа будет за тобой, - и ты победишь. Весь секрет соперничества, противостояния - уверенность в для себя. Ежели ты ее утратишь, то дрогнешь и не устоишь». Мы всех и каждого поучаем: «Твоя сила неисчерпаема. Не бойся; борись, и не сегодня-завтра все придут просить у тебя убежища».

И вот наступает день, когда эта иллюзия дает трещину, человек думает: «Как я могу быть источником силы, ведь нет меня самого! Я смогу существовать, лишь ежели у меня получится и далее оставаться отделенным от всего сущего. Но ежели всего на несколько минут лишить меня воздуха, я не смогу дышать и мне придет конец; не взойдет солнце - и через некое время я умру. Ежели вытянуть один самый небольшой кирпичик из этого большого мироздания, то все сооружение под заглавием «я» - обрушится.

Я только крохотная часть единой Вселенной, и меня нельзя от нее отделить. Как лишь я отделяюсь, меня нет». Просто задумайся о этом. Отдели себя от всего сущего, кем ты станешь? Ты исчезнешь в то же мгновение. Поток твоей жизни исходит из целого, из всеобщего.

Твое дыхание исходит из целого и ворачивается к нему. Ты рождаешься из него и опосля погибели к нему возвращаешься. Все исходит из него и ворачивается к нему. Это большущее колесо бытия, в котором ты вращаешься; твое существование не отделено. С кем же ты ведешь эту битву? Она возможна, лишь ежели ты отделен; тогда остальные люди станут твоими конкурентами, твоими неприятелями.

Запомни: пока человек не ощутит, что существование - это его прибежище, на целом свете у него будут одни неприятели и никаких друзей. Даже те, кого мы называем друзьями, тоже наши неприятели, лишь скрытые; они тоже соперничают с нами. Вот мы сидим тут, и кажется, что никакого противоборства меж нами нет. Но ежели содержание кислорода в атмосфере снизится, мы все превратимся в конкурентов, сражающихся за излишний глоток кислорода!

По словам ученых, к концу столетия воздух будет так загрязнен, что дышать кислородом сумеют дозволить для себя только богатые. По мере развития технологий наша атмосфера становилась все наиболее загрязненной. Кислород уже недолго будет общедоступным наслаждением, ведь его количество ограничено. В огромных городках, наподобие Нью-Йорка и Бомбея, кислород сумеют приобрести для себя только богатые; а людям умеренного достатка придется дышать запятанным воздухом. И сейчас бедняки пьют запятанную воду, живут в убогих хижинах, прогуливаются в лохмотьях, а в будущем им придется наслаждаться загрязненным воздухом, ведь незапятнанный будет им недоступен.

Ежели положение дел ухудшится, выживут только немногие - те, кто сумеет дозволить для себя незапятнанный воздух. А другие погибнут. Даже на данный момент, когда мы просто сидим и дышим, меж нами происходит борьба. Мы сидим, на 1-ый взор полностью дружелюбно, кажется, что никакой борьбы, никакого соперничества нет и в помине.

Но оно скрывается снутри тебя. Даже друзья - в глубине души конкуренты. Ежели ты держишься за свою отделенность, целый свет будет твоим противником, и для тебя придется в борьбе с ним защищать свою жизнь. Мыслители вроде Дарвина могли выдвинуть теорию о «выживании более адаптированного вида», так как считали, что вначале все живые существа разделены друг от друга.

Тогда жизнь - это конфликт и хаос, а насилие - ее закон. Единственный метод выжить - убить другого. Твоя погибель - это моя жизнь; моя погибель - твоя жизнь. Тогда блаженство становится неосуществимым. Там, где насилие - закон, блаженство случиться не может. Там, где насилие - закон, неосуществим праздничек. Там, где насилие - закон, неосуществим мир.

Там, где каждое мгновение - борьба за существование, нельзя достичь просветления. Есть ли место радости, праздничку и благодарности там, где идет борьба за каждый вздох, где ты должен стать чьей-то смертью? Ежели я разделен, как все мы полагаем, окружающий мир враждебен мне. Как же, чувствуя эту враждебность, можно избавиться от страха? В тот день, когда иллюзия отделенности оставляет человека, когда растворяется его чувство «самости», исчезает эго, он вдруг обнаруживает, что является частью - частичкой живой Вселенной.

Растущее невдалеке дерево, скопление, что плывет по небу, и я - все это проявления одного начала, все произошли из 1-го источника жизни. Различие только в формах, а первоисточник один. Это разница в очертаниях, а не в духе. Формы различны; дух - един. Очертания разнятся, но лишенный формы поток сознания, что струится повсюду, - един. Я не разделен - вот смысл выражения «Бытие - это единственное прибежище». Моя воля отныне не властна нужно мной.

Я сдался - вот закон моей жизни; я прощаюсь с борьбой и начинаю парить. Вот в чем смысл фразы «Бытие - это единственное прибежище». В ту же минутку весь мир становится моим другом. Но именовать его другом все же не совершенно правильно. Ведь ежели нет никаких противников, как может существовать дружба? Весь мир тотчас становится одной семьей. Тогда меж всеми проявлениями сущего во Вселенной видится внутреннее родство. Тогда я пребываю во всем, и все - снутри меня. Это то, что индуисты именуют не-дуальность.

Оно не имеет никакого дела к индуистскому богу Раме, отпрыску Дашаратхи. В данной нам сутре Рама значит Божественное, абсолютное бытие. Рама обозначает тут тот объект восприятия, в котором мы живем, дышим, существуем, и наше существование является частью его бытия. Попробуй это осознать. Ежели это так, ежели верен опыт мистиков, утверждавших, как будто мы - часть целого, с нами не может случиться ничего, что именуют гибелью, ведь уходят лишь люди; целое пребывает вечно.

Так было, когда я еще не родился на свет, и так будет, когда меня не станет. Ежели я разделен, то происходит мое рождение, а позже и погибель, так как отдельное существо обязано и родиться, и умереть. Но ежели я не разделен, я существовал еще до собственного рождения; просто форма у меня могла быть другой.

Я останусь и опосля смерти; моя форма может быть какой угодно, но я не исчезну. Ежели я един с целым, моя жизнь вечна, у нее нет ни начала, ни конца, она течет из бесконечности в бесконечность. Ужас исчезает, тогда жизнь становится праздничком. Как может плясать сердечко, в котором затаился страх? Погибель вездесуща, ее тень видна повсюду, она выглядывает из-за каждого угла, следует за тобой по пятам. Чувство отделенности рождает погибель. Ежели я разделен, погибель неизбежна.

Ежели я - одно целое со всем сиим большущим Единым, погибель исчезает. Либо, ежели выразиться по другому, как лишь исчезает эго, исчезает и погибель. Когда растворяется воля, погибели больше нет, рождается бессмертный человек. Вот почему мистики молвят, что сдача - это бессмертие. Люди отыскивают напиток бессмертия. На Западе существует давняя традиция школы алхимиков. На Востоке - в Индии, в Китае - экспериментировали с сплавами и хим формулами в надежде придумать нектар, напиток, дающий человеку бессмертие.

Но ни один хим опыт никогда и ни к чему не приведет, поэтому что нектар - не хим субстанция; его не извлечешь из ртути, золотой пыли либо жемчуга. Нет, от всего этого не будет никакого проку, ведь нектар по сущности собственной - не продукт хим реакции, а нечто совсем другое. Нектар - это сдача. Нектар - это исчезновение смерти; это погибель самой погибели.

Твое внутреннее сущностное состояние - такое, как на данный момент, - это погибель. Ты можешь попробовать скрыть это, можешь просто не обращать на это внимания, но твое внутреннее сущностное состояние именуется гибелью. Раз в секунду погибель принуждает тебя дрожать; раз в секунду ее отголоски звучат снутри тебя. Твое тело быстро движется к погибели. С каждым мгновением она становится все поближе, незримо преследуя тебя.

Вот мимо прошел старик, он напомнил для тебя о смерти; ты видишь обветшалую хижину, и мысль о погибели вновь шевелится в твоем мозгу; вида увядающих цветов довольно, чтоб запах погибели окутал тебя; иссяк источник - и вот погибель опять глядит для тебя в глаза.

Обернись вокруг. Погибель повсюду, и тебя трясет при мысли о ней. И, охваченный данной нам дрожью Был на Западе таковой великий мыслитель - Кьеркегор, датский философ. Он говорил, что дрожь и трепет - обыденное для человека состояние, его трясет постоянно. Выбери время и просто закрой глаза.

Ты обнаружишь, что снутри у тебя нет ничего, не считая ужаса. Ужас принуждает тебя молиться Богу, но твоя молитва - только продолжение ужаса, сидячего в для тебя. Толпы коленопреклоненных верующих, наводнивших церкви, мечети и храмы, не молятся никаким богам; они молятся от ужаса.

Бог - это только прикрытие для ужаса, заполнившего все их существо; и поклоны они бьют, так как ощущают себя как воин, проигрывающий схватка. Снутри у их все дрожит. Ведь перед ними маячит смерть! Человек, охваченный страхом, падает ниц, молитвенно складывает руки и умоляет о спасении. Всему этому мы придаем вид молитвы: в ужасе мы обращаемся к Богу, рассказываем ему о преследующей нас смерти; молим о утешении, просим спасти нас от нее!

Я слышал одну историю. Жил в Дамаске мастер-суфий. В один прекрасный момент его слуга попросил одолжить ему лошадка. Это была незнакомка, одетая в темное. Приготовься, я приду сейчас вечером» - таков был ее ответ. Мастер рассмеялся и сказал: «Можешь взять мою лошадь». Слуга сходу же покинул Дамаск и ускакал в Са-марру. Опосля того как он умчался, мастер отправился в город и зашел на рынок. Он увидел Погибель, притаившуюся за углом, и произнес ей: «Что это за выходки?

Для чего ты испугала моего слугу? Ежели для тебя необходимо было передать какое-то сообщение, ты могла придти прямо ко мне». Я опешила, что он бродит тут по рынку, ведь я обязана была встретить его сейчас вечерком в Самарре, а это ой как не близко. Так что я сама никак не ждала, что моя рука окажется на его плече». Мастер опять рассмеялся. Тогда я тоже хохотал, -ответил мастер. Я тоже ощущал, что до темноты он должен попасть в Самарру, а пешее путешествие утомило бы его.

Так что я отдал ему собственного жеребца, рассудив, что раз уж он собирается в тот город, означает, умереть ему предначертано конкретно там». Беги хоть на край света, но будь у тебя даже самый стремительный жеребец - для тебя не сбежать. Все алхимики отошли в мир другой. Почти все из их утверждали, что раскрыли секрет эликсира бессмертия, но ни один алхимик не здравствует поныне; продолжают жить лишь выдуманные ими истории.

Сейчас ученые повторяют туже тупость. Алхимия положила начало новейшей науке, известной нам как химия. Конкретно поиски нектара в конечном счете привели к открытию кислорода, водорода и остальных хим частей. И вот повторяется та же история: наука провозглашает, что человека необходимо выручать от погибели. Со гибелью необходимо что-то делать, и ученые утверждают, что с нею можно что-то поделать.

С незапамятных времен в человеке живет вера в то, что он способен преодолеть погибель. Естественно же, тут можно кое-что сделать, но к лабораториям это никакого дела не имеет; то самое «кое-что» происходит в глубине людского существа. Пока живет моя воля, пока существует «я», непременно будет существовать и погибель. В тот день, когда «я» не станет, прекратит свое существование и погибель, ведь целое никогда не умирает; нескончаемое бытие никуда не исчезает.

Волны накатываются и отступают, а океан остается. Пока я волна, я обречен на гибель; как лишь я превращаюсь в океан, погибель становится неосуществимой. В данной сутре Рама символизирует безбрежный океан. Принадлежность к индуизму, христианству либо исламу не имеет никакого значения. Рама - слово чрезвычайно приятное для слуха индуиста, оно обозначает высшую действительность. И никак не соотносится с любым человеком, с определенной исторической личностью. Сдаться Раме значит сдаться целому, «стереть» себя.

Меня нет; есть лишь безбрежное, нескончаемое место, высшая действительность - и нет другого прибежища, не считая этого. Тот, кто отыскивает прибежища в остальных местах, собьется с пути. Одна жизнь сменяется иной, а мы все странствуем в поисках прибежища. Нам необходимо место, где можно было бы укрыться, пристанище, где мы могли бы передохнуть. Мы ищем его от рождения к рождению, одна дорога сменяется иной, но пристанища мы так и не находим.

Много раз наш путь приводит нас к местам, где можно тормознуть на ночь, но в пункт назначения мы все же не попадаем. Ночлег дарит человеку маленькую передышку, потом приходит понимание, что путь еще не окончен. Так начинается новое странствие. Каждый отрезок пути выводит тебя на новейшую дорогу, но само странствие не заканчивается.

Оно заканчивается лишь в нескончаемом. Это не означает, что опосля ты уже никуда не будешь двигаться, что ты больше не поплывешь. Нет, ты будешь двигаться, ты будешь плыть, ведь поток жизни течет без остановок. Но тебя больше не будет. Странствие остается, но странника больше не существует. А когда исчезает странник, откуда взяться тревогам и волнениям? Кто будет их испытывать, ежели странника нет?

Тогда жизнь становится праздничком, карнавалом. Тогда жизнь - это танец и музыка, переполненная восторгом просветления. Твоя нынешняя жизнь - это волнения, беспокойства, царящая снутри тебя суматоха. Твоя нынешняя жизнь - это печаль.

Бытие - это единственное прибежище. Непременно, другого прибежища не существует. Что-то еще? Ошо, тот мистик, который произнес «Нет другого прибежища, не считая бытия», пришел к пониманию данной для нас истины, пережив наивысший опыт. Но к нам приходит такое же чувство только оттого, что мы смотрим на Тебя.

Почему это так? Да, ты можешь это ощутить, ежели будешь глядеть. Но кто смотрит? Чтоб глядеть, необходимы остальные глаза. Периодически случается, что такие глаза возникают у тебя сами по для себя, без твоего ведома. Бывают минутки, когда, сам о том не ведая, ты забываешь себя. В те мгновения, когда ты отсутствуешь, когда тебя нет, пелена перед твоими очами рассеивается.

Тогда ты улавливаешь проблеск. Видение случается, когда снутри нет того, кто лицезреет, - смотрящего; ведь он повсевременно вносит преломления в картину. У него есть свои пристрастия, теории, идеи и так дальше. Он вечно мешает глядеть, приговаривая: «Посмотри сюда», «Погляди на это» либо «Того, что ты видишь, на свете не бывает». Тот, кто глядит изнутри тебя, не дозволяет для тебя созидать. Но время от времени смотрящий уходит в сторону. Это случается без твоего ведома, когда ты этого не осознаешь.

Ежели бы ты знал, ты бы не дозволил ему отстраниться; ты бы вцепился в него мертвой цепкой. Время от времени, слушая меня, ты забываешь о том, что есть ты. Тогда на мгновение пелена спадает с твоих глаз, и у тебя возникает способность созидать. Периодически, когда ты тихо сидишь подле меня, мой покой просачивается в тебя и становится там осязаемым, ведь это тоже элемент, подобно прохладе воздуха; это не плод твоего воображения.

Ты идешь в сад, сидишь там, и холодный ветерок обдувает тебя. Ты ощущаешь эту прохладу всем своим существом, до самых его глубин. Покой - таковая же элемен-тальная сила. Ежели я пребываю в покое, для тебя довольно просто тихо посиживать рядом со мной, в состоянии приятия. Тогда покой, царящий снутри меня, проникнет и в тебя, затронет самые потаенные уголки твоего существа; ты испытаешь умиротворение, которое пропитает тебя до самых глубин.

Видение случается, когда взор беспристрастен. Взволнованный взор не сумеет ничего узреть. Глаза, полные волнений и каких-либо личных переживаний, - это глаза безумца. Так что видение случается всякий раз, когда ты пребываешь в состоянии покоя. Чтоб это случилось, для тебя не непременно приходить ко мне; я - только повод. Ежели, сидя в полном одиночестве, ты сможешь находиться в покое и тиши, с тобой случится то же самое. Это случится, даже ежели ты забудешь о для себя, слушая пение птиц, ведь птицы поют туже песню: бытие - это единственное прибежище.

Все существование говорит о том же; не выходит лишь у тебя. Все сущее, не считая человека, живет в Божественном. Лишь человек избрал неправильный путь и заблудился. Вот почему никто и ничто, не считая человека, не испытывает мук и страданий; никто, не считая человека, не сходит с мозга.

Деревья тоже появляются и погибают, но у их нет «я», потому они постоянно пребывают в состоянии блаженства. Птицы появляются и погибают, но они постоянно пляшут и поют; их праздничку ничто не мешает. Человек сбился с пути. Он сумел это сделать, так как владеет сознанием. Птицы исполнены блаженства, но они его не понимают. Человек несчастлив, поэтому что сознает себя.

Ежели человеку получится себя запамятовать, он тоже испытает счастье, подобно птицам и деревьям. Тут будет только одно отличие, но коренное: человек будет сознавать, что он счастлив. Конкретно способность к пониманию ввергла человека в унылое и подавленное состояние, и та же самая способность приведет его к наивысшему счастью. Это может случиться где угодно. Ты сидишь на берегу реки; смотри на течение, забудь о для себя и пусть река бежит далее.

Даже не думай о речном потоке, ведь мышление вернет тебя обратно. Представь, как будто тебя нет, забудь о том, что ты есть; просто позволь реке продолжить собственный бег. И вдруг, как будто бы из ниоткуда, возникнет чувство счастья. Оно заполнит тебя изнутри, окутает снаружи; тыщи цветов расцветут снутри тебя, и ты сможешь созидать.

Может быть и видение, и переживание. Все, что для этого необходимо, - твое отсутствие. Остальное - только повод. Я тебя пригласил и сейчас сижу тут и разговариваю с тобой. Эти дискуссии - не наиболее чем повод. Моя беседа с тобой - просто инструмент. Может, тебя так увлекут мои речи, что ты забудешь себя; бывает, что одно приводит к другому. Ты так погрузишься Может, ты никогда по-настоящему не смотрел на деревья, никогда по-настоящему не слышал пения птиц; этот язык для тебя незнаком.

Но ты знаешь мой язык, ты знаком с языком, на котором говорят люди. Может, ты утопаешь, растворяешься в этом языке; может, поэзии людского языка получится увлечь тебя. В этот момент ты вдруг сможешь созидать. Твои глаза будут обширно открыты, как будто на небе вспыхнула молния, осветив окружающий мрак.

Даже ежели твоя способность созидать продлится только мгновение, ты уже никогда не будешь прежним, ведь что бы ты ни увидел, это станет частью твоего существа. Все, что раскроется твоему взгляду, будет звать тебя опять и опять. Все, что раскроется твоему взгляду, станет для тебя вызовом, и ты отправишься на поиски того, что увидел. Как лишь ты придешь к осознанию, что мои беседы были только средством, чтоб открыть для тебя глаза, ты сможешь даже пение птиц употреблять в тех же целях; тогда птицы станут твоим мастером.

Тогда ты сможешь поглядеть в глаза корове, и она станет твоим мастером. Тогда ты сможешь найти профессионалы где угодно. Ежели человек знает, как быть учеником, его мастер проявляется во всем. Реальная неувязка - это неувязка ученичества. Вот почему Нанак называл собственных учеников сикхами. Слово «сикх» происходит от «шишья» - ученик.

Научись быть шиилъей, и твой мастер будет везде; даже каменная стенка станет для тебя мастером, даже гора станет для тебя мастером. Ежели человек не знает, как быть учеником, даже мастер сумеет не больше, чем каменная стенка. Так что время от времени такие проблески будут с тобой случаться. Сохрани этот проблеск, лелей его снутри себя, ведь ничего ценнее этого нет. И продолжай свои поиски, отыскивай, где ты можешь почувствовать схожий проблеск даже в мое отсутствие. Скоро, ежели ты будешь неутомим в собственных поисках, ниточка, ведущая к сиим проблескам, окажется в твоих руках.

Нереально разъяснить, что это за ниточка; только упорные занятия и поиски посодействуют для тебя осознать ее сущность. Это как с плаванием. Спроси у хоть какого пловца, как научиться плавать. Он не сумеет для тебя ответить; даже высококлассный пловец будет тут бессилен.

Заместо ответа он скажет: «Лучше пойдем поплаваем! Двигай руками и ногами и равномерно ты почувствуешь, усвоишь из опыта, что благодаря определенному движению у тебя выходит плыть». Потихоньку, мало-помалу, случайные движения рук и ног станут организованными. Плавание, в. Ежели человека, не умеющего плавать, кинуть в реку, он тоже будет молотить руками и ногами по воде, но в его движениях не будет ни ритма, ни системы.

Ежели он утонет, это случится не поэтому, что он не умел плавать, а поэтому, что не знал, как делать это верно. Хаотично размахивая руками и ногами, он просто пойдет ко дну. Разница меж пловцом и сиим человеком не в том, как они двигают конечностями, а в систематичности движений у 1-го и отсутствии системы у другого. Систематичность приходит с опытом. Скоро ты начнешь двигать руками и ногами с огромным искусством и с наименьшими усилиями. Когда ты станешь еще наиболее опытным, то, может, вообщем не будешь двигать ни руками, ни ногами; ты сможешь просто плыть по воде, как поплавок.

Ты прекратишь любые деяния, и вода сама понесет тебя. Нет никакой необходимости размахивать руками во все стороны; ты будешь держаться на плаву без каких-то усилий, как цветок Тогда не необходимо будет ничего делать. Но держаться на воде ты сможешь лишь с опытом. Я толкаю тебя на таковой же опыт, я бросаю тебя в воду. Ты нередко будешь ловить проблеск, и когда это случится, излови его, а потом впитай и оберегай его. Двигайся с осторожностью беременной дамы, которая ступает бережно, так как носит в для себя дитя.

Пусть это видение, это мгновение станет твоей беременностью. Равномерно это мгновение будет становиться все подольше, оно заполнит собою все вокруг, и ты исчезнешь. Естественно же, рядом со мной ты много раз будешь ощущать, что бытие - это единственное прибежище. Но это может случиться и без меня, и это обязано стать целью твоих медитаций. На сейчас довольно. Отпустите, и я трансформирую вас. Не мог бы Ты подробнее тормознуть на этом очень обнадеживающем заявлении? Также объясни, пожалуйста, разницу меж обучением и просыпанием, связь меж отпусканием и трансформацией.

Меж обучением и просыпанием большущая разница. Учение - это чрезвычайно просто, просыпание - тяжкий труд. Для обучения просыпаться не непременно. Обучаться можно даже во сне, - в сути, все, что мы учим, усваивается нами в состоянии сна и незачем этот сон прерывать!

Может, для тебя понятно, что вот уже 10 лет российские психологи проводят опыты по обучению деток во сне. Это чрезвычайно ценный опыт - ребенок может тихо спать, и при этом его чему-то учат. Тогда ребенку не необходимо будет деньком ходить в школу; он сумеет предназначить свое время играм, он ощутит себя вольным.

Школа - это дневная тюрьма, и он избавится от нее. Опыт дает положительные результаты. Обучающий устройство устанавливается рядом с головой малыша. И пока ребенок спит, в его подсознание вводятся познания по арифметике, языкам, географии и так дальше.

Замечено, что при обучении во время сна отсутствуют те помехи, которые отвлекают от учебы бодрствующего человека. В состоянии бодрствования наш разум повсевременно отвлекается на посторонние предметы. Вот ребенок посиживает на уроке и слышит, как за окном запели птицы, он здесь же теряет нить рассказа учителя. На улице послышались чьи-то шаги либо просто некий звук.

Этого довольно, чтоб отвлечь внимание ученика. Но разум спящего малыша целостен. Обучение происходит через бессознательное, а никак не благодаря сознанию; хоть какое обучение происходит в том, что Фрейд именует бессознательным мозгом.

Вот почему мы обязаны повторять то, что учим. Когда учишь иностранный язык, слова и их значения приходится повторять по нескольку раз, и благодаря такому повторению новенькая информация перебегает из сознания в подсознание. Прочитав стихотворение несколько раз, ты сможешь пересказать его на память.

Прочти его только раз, и оно здесь же улетучится из твоей головы. Сначала читает и усваивает сознание, потом, опосля пары повторений, новейший материал просачивается все поглубже, в нижние слои подсознания, там он усваивается и со временем становится частью подсознательного разума. Мы учимся при помощи подсознания; когда мы спим, спит наше сознание, подсознание бодрствует. В сон погружается периферия мозга, а его центральная, внутренняя часть бодрствует.

Обучение во сне - это обучение конкретно через подсознание. Я упоминаю о этом опыте, чтоб ты понял: обучение может происходить и когда человек погружен в сон. Таковая учеба может быть даже наиболее удачной. Обучение и просыпание - совсем различные явления. В обучении основное запомнить; осознания тут не требуется. Осознанием может обладать иной человек - ты все-же чему-то научишься. Так работает вся наша система образования. Хоть какое образование - это взятое познание, не имеющее никакого дела к личному опыту человека.

Библиотеки полны книжек, которые посодействуют для тебя выяснить, что такое любовь. Можешь прочесть их все, провести масштабные научные исследования и даже сочинить о любви собственный свой трактат - чтоб изучить предмет под заглавием «любовь», никакой любви не необходимо. Процесс обучения не просит, чтоб ты переживал ее на своем опыте.

Чтоб пережить, нужно пробудиться; чтоб испытать Божественное, ты должен быть на сто процентов пробужденным. Это опыт полного пробуждения, и он может случиться с тобой, только ежели ты проснулся до конца. Не выходя из спячки, можно собрать в собственной голове множество всяческих познаний, но нереально во сне узнать истину. Русским ученым, может быть, получится ввести в спящих людей какую-то информацию, но нет на свете силы, которая могла бы спящего человека перевоплотить в мудреца.

Ученый супруг - это самое большее, что из него можно сделать. Нет никакого противоречия меж сном и эрудицией; они соединены на глубинном уровне. Но истинное познание и сон - полные противоположности, так как сама сущность настоящего познания заключается в том, что от сна, от бессознательного не остается и следа, есть лишь полная пробужденность. Вся наша жизнь проходит в спячке; вот мы ходим, разговариваем, сидим либо работаем - все это мы делаем во сне, ведь собственных действий мы не понимаем.

Почувствовав голод, мы поглощаем какую-то пищу. Нам приходится работать, потому деньком мы сидим в кабинете, а вечерком отправляемся домой. Но и это, и все остальное мы делаем по привычке; для этих действий никакая пробужденность не нужна, все они механические и одинаковые.

Ты, наверняка, знаешь, кто такие лунатики. Это люди, которые прогуливаются и совершают еще много что другого во сне. Может, кое-кто из вас тоже гуляет во сне. Психологи считают, что как минимум 5 процентов взрослых являются лунатиками. Среди ночи они встают с открытыми очами, их организм при этом спит.

Лунатики бродят в темноте, совершая поступки, на которые в состоянии бодрствования, быстрее всего, были бы неспособны. Они шатаются по дому, умудряясь обходить мебель и находя для себя множество разных занятий. Замечено, что близкие такового человека нередко задумываются, как будто в доме завелось привидение.

Статейку, хорошо darknet coin pool hydraruzxpnew4af эта

TOR BROWSER BUNDLE WINDOWS 7 ВХОД НА ГИДРУ

Ошо о конопле opensuse tor browser hyrda вход

Медитация ОШО - Перестань пытаться быть хорошим

Следующая статья tor browser для телефона айфон

Другие материалы по теме

  • Tor browser 64 bit for windows попасть на гидру
  • Как настроить даркнет
  • Nordic hydra water gel lumene
  • Кодировка от наркотиков одесса
  • Accessiblemarshal dll tor browser hyrda вход
  • 4 комментариев

    1. terscontdream1973:

      ставки на спорт рейтинг букмекерские конторы

    2. Григорий:

      прогнозы и ставки на спорт

    3. terphullfor71:

      молитва на ставки на спорт

    4. gorseami1982:

      прогноз на матч челси манчестер сити

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *